?

Log in

No account? Create an account
О НЕКОТОРЫХ КАЗУСАХ
mechrazum

    Казус – некоторые  значения этого слова  - необычность, забавный случай, недоразумение, неожиданное.

   Казус первый.  Парусный флот, шикозные клипперы, могучие линейные корабли, стремительные бриги, каравеллы, бригантины и  всякие прочие красавцы рассекают по морям и океанам. Высокие стройные мачты, белые паруса, изящный рангоут, сияющие на солнце медные  детали и бронзовые пушки глаз не оторвать от такой красоты. Ну и конечно различные фигуры украшающие носы кораблей. На каком то носу фигура крылатой женщины, на каком то морда мифического чудовища, или лик бога морей, или какая то другая аллегорическая «личность».  Красота, эстетика, стиль.
  Спросите, а в чём казус. А вот в чём, корабли то парусные, а вот на всяких триремах, дракарах, галерах и прочих вёсельных плавсредствах  таких скульптур нет. Ну не совсем конечно нет, есть, но что то такое небольшое, неброское,  какое то уж очень декоративное. Хотя всё остальное не менее добротно, красиво, функционально и впечатляюще. Вся разница в принципе устройства движителя в первом случае это паруса, а во втором вёсла. Какое отношение это имеет к «скульптурам» на носу? Парусное судно движется только по ветру (даже учитывая галсы), а вёсельное в принципе ветер может игнорировать (до определённой степени конечно).  Так где,  сподручнее обустроить отхожее место так чтобы можно и дело было делать и корабль не загадить. Правильно, на паруснике в носу, потому что ветер (который всегда с кормы) этим ветром  все от корабля и уносил. Ну и понятное дело прикрыть это бытовое устройство не грех, а наоборот даже необходимо.  И тужиться будет комфортнее, от ветра прикрывшись, и в порту не так срамно посидеть, подумать. А на веслоходе такой изыск ни к чему, проще выносной на любой борт сообразить, или даже под палубой приладить. Вот в этом то и казус, что всякие носовые украшения как таковые украшениями не являлись, а прикрывали собой не самую эстетичную бытовую необходимость. 
Казус второй. Каким то образом считается (считалось, по крайней мере) эстетичным и модным в качестве оформительского изыска повесить японскую гравюру, глаз порадовать и понимание японского  изобразительного  минимализма предъявить. И редко когда гравюра какой либо сюжет имела, будь то бытовая какая то сцена или пейзаж или что то иное. Чаще всего это изображение японской женщины. Этакая стройная целомудренная, задумчивая или наоборот приветливо улыбающаяся. Всякие женщины с зонтиком и без, с веером и без. Ненавязчивая такая зстетика. И с чего бы вдруг такой моде взяться. И с чего бы это вдруг простенькое и даже примитивное художество так в почёт попало. Как вообще эти японские картинки в Европу то и в Россию попали. Что, много эстетов и ценителей гравюры в Японию косяками наведывались, рыскали по худмастерским, на развалах, в худсалоны захаживали. И почему то именно гравюры с изображением женщин оказывались именно самым писком стиля и эстетизма.
  Конечно, такого никак не было. А что тогда было? А были – моряки. Именно они косяками, стадами и стаями больше всех и попадали в Японию, не своей конечно волей, а волей профессии. И понятное дело, что художества японские были им, мягко говоря, были безинтересны, а попросту  - до лампочки. А что моряку в первую очередь интересно? Правильно – бабы. А где бабы. Правильно, в публичных домах. А как его найти – публичный дом, в чужой стране, незнакомом городе, с незнанием языка?  А для этого, чтобы морячкам помочь, содержатели  подобных заведений держали в портах агентов, которые и раздавали страждущим открыточки, с адресом заведения, там ещё на картиночках всегда иероглифы есть. А дальше – топай ножками, показывай открытку местным, они тебе рукой и покажут, куда путь держать. Ну и частницы, и сутенёры такую же услугу пользовали. А рисовать  «обнажёнку» власти видимо запрещали.  А открыточка бывало так в кармане и заваляется, и дома её можно на стеночку прикнопить. И памятливо, и украшеньице. А можно и перекупщику старьёвщику  сбагрить задёшево, на стаканчик пойла глядишь и хватит. А уж куда её – открыточки дорога от него пойдёт, то только ей открыточке и ведомо. Такой вот казус то с японской гравюрой.
Казус третий.   Женщины они такие затейницы, что только не сочинят, что бы мужчин покорить. И наряды всякие навыдумывают да и смастерят, и украшеньица на себя подвесят и наденут, колечки всякие, серёжки, ожерельки. Туфельки на каблучок подобьют, чтоб попка вверх подобралась, и нога стройнее гляделась. Причёсок, каких только не посотворяли, несть числа. Ну, никак мужикам против них не устоять. Так мало им этого показалось. Они возьми да и начни личики свои украшать. Подрумянить его маленько, ресницы затемнить, и попышнее обустроить, тени на веках навести, для красы глаз. И брови они не забыли, ну а уж губы подкрасить, так это как дышать, без этого женщина в растройство чувств попасть может. А в последнее то время так и вовсе стали их, каким то хитрым способом попухлей, побольше делать, иной раз так постараются, что и верблюд с его то губищами завидует. И бывает так, что не успеет или по какой другой причине лик свой в полный статус привести, но уж губы то хоть на бегу, да мазнёт.
И с чего бы спрашивается к ним к губам такое особое отношение. Чем они так особенные то, что женщины им всегда первую заботу и старание уделяют. Может знают секрет какой особенный. Не знают, специально выяснял, у них, у самих.  Но мехразум он дотошный, и секрет этот разгадал.
  Не сами женщины с губами такое удумали, а матушка природа так обустроила. Самок всех живых существ, просто таки обязала она – природа давать самцам сигнал какой ни будь, о том, что готова она самка, к зачатию потомства. Чтобы начали самцы вокруг них, кто крылом чертить, кто рогами козыряться, а кто и шкуры друг другу рвать. Сигналы каждый вид свои приладил. У кого то перья какие то особые отрастают, у кого то запах особый начинается, у кого то шерсть цвет меняет, ну и так далее. А наши предки приматы вот, что выдумали. Морда то шерстяная у них, а отращивть чего или с шерстью чудить видно накладно им показалось, так и они с запахом поработали, и подстраховали его – запах тем, что у самок в этот самый брачный период единственное на морде не шерстяное место – губы кровью стали наливатья. Отчего соответственно они и опухают и краснеют. Тут то самцам и есть сигнал – не зевай ребята, а то без потомства останитесь.
  Сколько десятков, а то и сотен веков с той то поры прошло, а женщины того секретного оружия не забыли, да ещё выдумали как им самцов (нас мужиков) обманывать. Мы ведь, как и предки, наши древние, на припухшие и покрасневшие губы реагируем. Вот и такой казус есть.
   Казус четвёртый.   Совсем малюсенький.  Казусик. Есть обычай такой славный у всяческих народов женщинам цветы дарить. И по поводу по какому, и так для её женщины удовольствия. Спрашивается, а что в них в цветах такого уж особенного, от чего женщина плющиться то должна. Ну понятно, что красивые они, запах от них приятный, опять таки внимание уделено. И ведь обычай то древний, очень, очень древний. А с чего бы это люди древние, суровые и не шибко ласковые и галантные тоже с цветами всяческие экзерциции исполняли. Их то, что на такое сподвигло. Без причины ведь,  и чирий не выскочит.  Просто дело то оказалось. Есть у растения и ствол, и листья, и ветки, и корни и цветы, и всяк из них свою функцию выполняет. Корень водой всех питает, лист фотосинтезом промышляет, ствол всех на себе тащит, ветка свет ищет. А цветок? А цветок это половой орган растения. Оно растение, с его – цветка помощью, размножается. Древние люди хоть и неграмотные были, а такие дела хорошо соображали. Ну а будучи ребятами суровыми и немногословными (не было ещё у них много слов) придумали как женщине (или самке ещё) можно сделать прямой намёк на своё к ней участие. Пихнул ей цветочек, и без слов понятно чего тебе желательно. До наших дней дожило. Дарим. С тем же расчётом.
Ну и хватит пока казусов. Но они не последние.

   Продукция произведена в Мастерской Механического Разума в 7523г.